Владимир Мулявин - гениальный музыкант. 70 лет

Наша телекомпания задолго начинала крутить рекламный ролик концерта, взамен за это продюсеры гарантировали интервью с гастролирующим артистом. Казалось бы, раз договоренность существует, то все просто: встретились с артистом, поговорили перед камерой - и готово.

На самом деле, все эти общения со звездами и звездочками - ужасная нервотрепка. Нужно приехать задолго до концерта - вдруг знаменитость захочет поговорить до выступления. Если нет, то нужно встретиться с администратором, чтобы напомнить, что после концерта мы ждем встречи.

Даже если администратор сто раз сказал "да", необязательно, что интервью состоится. Артист может "передумать", "устать", "разозлиться", может заставить себя ждать часа два в каком-нибудь пустующем коридоре, может тихо смыться через запасной выход, может явиться на интервью буквально через две минуты после концерта уже в таком "отдохнувшем" виде, что запись немыслима.

 Артист может беспричинно устроить скандал. Помните историю с "розовой кофточкой" из биографии Киркорова? Да у меня таких историй сто штук и даже лучше, к сожалению, мне не хватило мозгов и предприимчивости в свое время раздуть их и тоже стать знаменитой.

А еще, даже если интервью состоится, то капризные дивы заставляют отключать светильники, "отъезжать" камерой как можно дальше, натягивают кепки на все лицо, так что зритель потом только догадывается, с кем это шла беседа.

Однажды неприветливым зимним вечером мы с оператором отправились на концерт "Песняров". Мне всегда нравилась эта группа, вокально-инструментальный ансамбль, как было принято говорить в те годы.

Буквально через минуту вышел мужчина, спросил, не мы ли ждем интервью. Мы.

- Ну, тогда давайте начнем. Где? Может, здесь? -  Он открыл дверь первой попавшейся комнаты и сел на первый попавшийся стул. Оператор начал выставлять свет и камеру и сделал это на удивление быстро, хотя мы оба не могли опомниться от того, что не пришлось ждать.

Мужчина, сидевший передо мной, был уставший, не очень симпатичный дядька, в обычной, даже затрапезной одежде, от него пахло долгой дорогой и легким несвежим перегаром. Голос его казался совсем не музыкальным. За его спиной была грязного цвета, выкрашенная масляной краской стена, по которой кругами, время от времени внедряясь в кадр, ползал таракан. Оператор дал отмашку, что можно начинать.

А я еще никак не могла понять, кто именно сидит передо мной. Задала первый вопрос о гастролях и мучительно придумывала второй, ответ на который смог бы доказать мне: это - Мулявин. Я понимала, что это должен быть Мулявин, но в этом человеке не блистало никакой божьей искры, он слишком легко и быстро согласился на интервью, кроме того, был очень доброжелателен и с готовностью отвечал. Меня отвлекал таракан за его спиной, но я стеснялась его оттуда сбросить. Задавала вопросы и тупо искала доказательств того, что это Мулявин.

Наконец, мне удалось задать вопрос о том, откуда берутся песни. Мой визави как-то весело рассмеялся и преобразился. Он сказал: да я могу написать песню, и сидя на унитазе, вдохновение неожиданно, приходит. И он так это сказал и так засверкал при этом, что я сразу почувствовала внутреннее облегчение и поняла: это Мулявин. Владимир Мулявин, Народный артист СССР, великий музыкант, создатель "Песняров". Дальше интервью пошло легко и незаметно.

А когда начался концерт, то на сцену вышел совсем другой Мулявин - праздничный, узнаваемый. И действо началось.